3 июля 2015     0
 

Покупка произведений искусства: выгодная инвестиция или дань тщеславию?

Президент европейского подразделения Christie’s Юсси Пюлкканен не сомневается в том, что, богатые инвесторы, делая ставки на аукционе и взвинчивая цену, хорошо представляют реальную стоимость предмета искусства.

Одиннадцатого мая на торгах Christie’s в Нью-Йорке, которые проводил Пюлкканен, анонимный покупатель приобрел картину Пикассо «Алжирские женщины (версия О)», заплатив за нее рекордную сумму — $179,4 млн. По словам Пюлкканена, некоторые считают, что покупка предметов искусства – это несерьезное занятие. Однако, участникам аукционов прекрасно известна истинная стоимость вещей, и каждое их решение является хорошо продуманным.

Christies

В финале торгов участники аукциона, желающие купить картину Пикассо, осторожничали, о чем свидетельствовал шаг аукциона — $500 000. Всего в тот день новых хозяев нашли 34 предмета искусства XX в., общая стоимость которых составила $706 млн.

Предыдущий рекорд аукционной цены на произведение искусства был установлен триптихом Фрэнсиса Бэкона «Три наброска к портрету Люсьена Фрейда». На торгах Christie’s в ноябре 2013 г. за него заплатили $142 млн.

Исходя из того, какие суммы инвесторы вкладывают на аукционах в произведения искусства, можно сделать вывод, что, они воспринимают их в качестве финансовых активов. Цена картины «Топь», написанной 56-летним художником из Шотландии Питером Дойга, составила на аукционе Christie’s $25,9 млн.

Миллиардеры прилетают в США на ярмарку современного искусства Art Basel Miami Beach с целью покупки шедевров у крупных галерей. Банкиры советуют своим богатым клиентам вкладываться в произведения искусства, женевские портовые склады ломятся от шедевров.

Однако, картина не является финансовым инструментом. Определить реальную стоимость предмета искусства не легче, чем разгадать улыбку Моны Лизы. Еще 30 лет назад экономистом Уильямом Баумолом было сказано, что, движение цен на картины ничем не подкреплено, и является делом рук тех, кто делает из предметов искусства инвестиции. То есть, искателям выгодных объектов для финансовых вложений стоит обратиться к другим активам.

Что мы знаем о покупателе картины Пикассо? Только то, что это – человек, способный выложить $179 млн за актив, который во время паники на рынке едва ли удастся продать за ту же цену. И все же, можно попытаться понять мотивы такой покупки. Возможно, истинную ценность картины ее новый хозяин видит в обладании и возможности любоваться ею в приватной обстановке, и хвастаться гостям произведением, которое считали бы за счастье заполучить музеи Тейт и Гетти. Купив такую вещь, он пытается доказать, что, у него достаточно культуры и денег для обладания картиной самого Пикассо. Аукционным домам нельзя отказать в находчивости: подразнив вас недолго картиной, они тут же готовы предложить ее вашим конкурентам. И вот уже участники аукциона потрясены мыслью, что это их последний шанс, и решают идти до конца. Так Пюлкканен охарактеризовал поведение самых завзятых коллекционеров.

Предметы искусства являются оптимальным выбором для тех, кого больше интересуют такие дивиденды, как эстетическое наслаждение. По словам экономиста Джона Пикара Штайна, именно эстетический эффект, неподвластный спекулянтам, является лучшим из того, что заложено в картине.

Наряду с эстетическими, есть еще и социальные дивиденды в виде статуса покупателя шедевра, приглашений в музеи и галереи, а также репутации человека, имеющего утонченный вкус. Все это не может не тешить тщеславие. Наверное, поэтому 61% коллекционеров, участвовавших в опросе Deloitte, указали это как мотив для покупки.

Доход никто не гарантирует

Финансовая целесообразность таких покупок менее очевидна, несмотря на то, что, аналитики старательно ищут рациональное объяснение инвестициям в предметы искусства. По данным European Fine Art Foundation, в 2014 году финансовые вложения в них составили в глобальном масштабе 51 млрд евро (предыдущий рекорд в 2007 году составлял 48 млрд евро). Конечно, в сравнении с $294 трлн глобальных финансовых активов, эта сумма является мизерной, но все же, необходимо финансовое обоснование ажиотажного спроса на предметы искусства.

Найти его довольно сложно. С одной стороны, опираясь на авторитетный индекс арт-рынка Mei Moses World All Art, отражающий цены предметов искусства, которые были проданы на аукционах на протяжении последних 60 лет, можно сделать вывод, что уровень их среднегодовой доходности составил 9–9,5%, фондовый индекс S&P 500 – около 9,5–10%. С другой – у скептиков тоже есть свои аргументы.

Главным из них является тот факт, что, индекс оценивает результаты инвестиций в предметы искусства, покупаемые и продаваемые на аукционах неоднократно, но при этом отсутствует оценка результатов инвестиций в объекты, которые исчезли из поля зрения коллекционеров, – возможно, из-за их удешевления. Далее, для рынка искусства характерна низкая ликвидность и непрозрачность: даже картины, созданные одним художником, не эквивалентны друг другу. Наконец, затраты по таким сделкам довольно ощутимы, только аукционным домам нужно заплатить комиссию до 20%.

Однако, самой большой странностью этого рынка являются непредсказуемые финансовые риски, которые состоятельные коллекционеры готовы принимать на себя. Это касается аукционов, а не покупок напрямую у галерей. В долгосрочной перспективе у шедевров типа «Алжирских женщин» результаты оказываются хуже, чем у менее знаменитых картин, от которых можно более уверенно ожидать стабильного дохода.

Шедевры могут лишиться былого блеска. Например, сегодня послевоенное искусство оттесняет старые работы. Дойг стоит дороже Дэмьена Херста, однако, у покупателя картины «Топь» нет никаких гарантий сохранения спроса и цены на нее. По мнению экономистов Майкла Мозеса и Цзяньпина Мэя, высказанному в одной из работ, посвященной ценам на искусство, инвесторы не должны лишаться разума из-за шедевров, им следует бороться с желанием поднимать цену все выше.

А может, так и нужно поступать? Бросив вызов судьбе, стать счастливым обладателем знаменитой картины Пикассо. Для кого-то в этом и заключается главная отдача от вложений. Если верить Джеффу Рейбину, сооснователю Artvest, то эмоции, которые человек испытывает, пребывая в роли покупателя шедевра, дороже любых денег.

Мы не ставим под сомнение тот факт, что картина «Алжирские женщины» является выдающимся произведением искусства. Речь идет об инвестициях. Оправданы ли они с финансовой точки зрения? Впрочем, для участников аукциона это, скорее всего, не является первостепенным вопросом.


Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нашли ошибку? Есть пожелания? Пишите!
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Связаться с нами можно по почте vl@exocur.ru